Проза
September 13

Винтажный газогенератор

Шарманка мерно выводила приятным баритоном "волны бьются мерно о борт корабля, в снах к нам приходит родная земля", потом музыкальная фраза, и снова баритон.

- Ээх! - в который раз вздохнул шарманщик, - разве это дело - электронная шарманка. Сплошной обман. Что крути эту ручку, что не крути - без разницы.

Обезьяна, сидевшая на подоконнике и потому считающаяся самой умной, нетерпеливо протрещала: - Ой, не начинай, не надо. Как-будто мы не слышали твоё ворчание сто тысяч раз. Ты сам уже как шарманка: “Сплошной обман, вот раньше...” - она попыталась его передразнить, но была слишком рассержена, чтобы пантомима получилась. - Лучше в окно посмотри, - обезьяна, как и, в общем-то, обычно, напрочь игнорировала факт, что ноги шарманщика составляли с подставкой единое целое, а двигаться могла лишь рука. Да и то, потому что её вращала рукоятка шарманки. - Вон, идёт семейка к нам. Её походка грациозна словно...

- Словно у молодой пугливой лани, а его походка, словно у горделивого льва, - это уже старик-шарманщик попытался передразнить обезьяну, но закашлялся в конце и было непонятно, почему это лев начал вдруг лаять

- Спорим, тебя опять не купят, старый пердун?

- Ну, положим, не старый пердун, а винтажный газогенератор. Но что толку спорить? Я уже смирился с такой жизнью по замкнутому кругу. А вот когда-то...

- Ну что, вы будете покупать этого шарманщика? Или, вот, может быть, обезъянку возьмёте? - продавщица несколько нетерпеливо, но профессионально-приветливо, обратилась к девочке, которая застыла, глядя в глаза шарманщику, вращающего ручку.

- Папа, а что такое аборт? - девочка подняла свое очаровательную головку к главе семейства.

Папа, - если он и был похож на льва, то на рыбу-льва, - выпучил немигающие глаза и стал шевелить полными губами. Будь перед ним червяк - и участь кольчатого была бы решена. А вот мама явно питалась мясом. Её благожелательная до этого момента улыбка оскалом впилась в её лицо. Глядя на удивлённую продавщицу, она одним кончиком рта попыталась устроить недетскую разборку с мужем:

- Так вот как, значит. Ты со своей лохудрой, уже, не стесняясь ребенка, обсуждаешь аборты, значит?!

Голос главиньи семейства звучал, словно закипающий чайник со свистком - шипел и немного посвистывал, вот-вот готовый сорваться на верхнее ля. Если бы её сумочка была не из крокодиловой кожи, а из кожи более нежного зверя, то на ней бы точно остались шрамы от её ногтей. А так, мадам лишь впилась ими в аксессуар до такой степени, что ногти побелели даже сквозь модный красный лак. Муж боязливо покосился на них, явно представив на месте сумочки свою шею. Рефлекторно подергал ворот, пытаясь ослабить несуществующий узел галстука, и, не найдя его, осторожно спросил, делая вид, что просто почёсывет шею:

- Ммм-мммашенька, дддоченька, а где ты слышала это.. это, эммм, это слово?

- Так вот же! - Машенька подняла на папу свои ясные глаза четырёхлетнего карапуза, - шарманка песенку поёт, про то, как "волны бьются мерно аборт корабля, в снах к нам приходит родная земля".

- Аааа... - папа меленько, словно падали рисинки на стол, затрясся в облегчённом то ли смехе, то-ли выдохе, - вот видишь, Любочка, я тут совсем не причём, - обращаясь почему-то к сумочке, произнёс папа.

Мама Люба, продолжая впиваться в плод творческого союза гражданина Дольче и товарища Габбана, пыталась замаскировать под улыбку выражение собственного непослушного лица.

- Какие у вас непродуманные игрушки! - наконец выстрелила она в продавщицу.

И та, хотя и не имела к производителю игрушек никакого отношения, была готова отстрелить свой хвост, будь он у неё, и спрятаться в норке. А Машенька думала, сможет ли сейчас выговорить "винтажный газогенератор" или пусть это пока останется загадкой, на разрешение которой не жалко будет потратить всю свою длинную жизнь вместе с шарманщиком.