— Давай начистоту?
— Давай!
— Ты расстроился не из-за того, что я тебе не писала. Ты расстроился...
— Да как же так! Конечно из-за этого! Я целый день, пока работал, ждал, что возьму вечером телефон, а там какой-нибудь приятный сюрприз от тебя...
Он нервно поправил прядь волос, упавшую на его лоб, она, улыбаясь, забралась к нему на колени и сбросила прядь обратно.
— Это манипуляциия, - проворчал он, снова убирая прядь, но за талию её обнял.
— Неприкрытая, — улыбнулась она, снова сбросила прядь и прижала палец к его было распахнувшимся губам. — Ты расстроился из-за того, что твои ожидания не совпали с реальностью. И ключевое слово здесь — твои.
— Но неужели ты весь день даже не вспоминала обо мне? И тебе не хотелось мне что-то написать?
— Конечно вспоминала и даже думала о тебе. Например, думала, чем бы тебя порадовать на ужин.
Она снова сбросила его прядь на лоб, но и он сдаваться не хотел - откинул прядь и взял её за руку:
— Так почему же ты не написала ничего?
Она попробовала сдуть его прядь, но он дёрнул головой и посмотрел ей в глаза.
— Ну, хорошо. — она вздохнула и заговорила уже более серьёзно, хотя, нет-нет, да и проскакивали в её интонациях искорки грусти. — Ты придумал себе желание и ждал, что оно сбудется. Но мне ничего не сказал про него. Я не умею читать твои мысли... Ну, почти не умею - некоторые уж больно явно у тебя проявляются - но не в этот раз. В конце концов, у меня своя работа, я тоже в неё погружена, но при этом нашла время зайти в кондитерскую и отстоять очередь за твоим любимым морковным тортом, а ты даже его не заметил. Разве плохой сюрприз получился?
Он отвёл глаза от её лица. На столе, и впрямь, стояла коробочка из их любимой кондитерской.
— Ой, спасибо большое! Но это, всё-таки, не совсем то, о чем я тебе говорю.
Её удивление было почти театральным - она прижала руки к сердцу и сделала большие круглые глаза, приоткрыв рот. Он был вынужден крепче ухватить её талию, чтобы отпрянув, она не упала с его колен. Но, вспомнив, что у них "серьёзный разговор начистоту", снова обняла его за шею, и уже спокойно спросила:
— Что же тут не того?
— Ну, начнём с того, что это физическое, а я тебе говорю про духовное...душевное...про эмоциональное, короче.
— То есть, ты не берёшь в расчёт мои эмоции, когда я думала о тебе, покупая торт?
— Беру, конечно! Хотя....хотя, получается, что нет, не беру.
— Не тушуйся, я не обижаюсь. Пока, — она лукаво улыбнулась, но тут же сделалась вновь серьёзной. — А во-вторых?
— Во-вторых я хотел сказать, что это не сюрприз. Но, получается, что таки сюрприз - ведь я же не ждал его. Хотя, правильнее будет сказать, — он в смущении провел рукой по волосам, чем она неприминула воспользоваться, скинув прядку на лоб. Он продолжал, не обратив на это внимания. — Это то, что уже много раз было. Да, я люблю его, но, видя эту коробочку, я наверняка знаю, что там лежит. Мне очень приятно, что ты его для меня купила, но я ждал чего-то неожиданного.
— И мы возвращаемся к началу нашего разговора. Ты придумал себе желание и ждал, что оно сбудется. При этом ты не замечаешь ничего другого вокруг. И твоя обида... нет, неправильное слово, расстройство, связано именно с тем, что твоё желание не сбылось в той точности, в которой ты его представил себе. И даже уже прожил - как ты берёшь телефон, как читаешь. Да, ты у меня фантазер, и мне очень приятно получать от тебя неожиданные смски посреди рабочего дня. Но я другая. Чтобы придумать что-то, мне нужно подумать, нужен настрой. В меня не встроен генератор чепухи, — она примирительно улыбнулась на его возмущённо вскинутый взгляд, — Очень-очень-очень милой. В конце концов, ты же мог мне сказать утром, что тебе очень хочется именно неожиданной смски?
— Ну, мог бы, конечно. — он словно вспомнил, что у него есть чёлка и решительно откинул её со лба. Она чуть отодвинулась и с интересом посмотрела на него, а он, словно планер, поймавший восходящий поток воздуха, воодушевленно продолжал. — Но разве можно планировать собственные сюрпризы? Какой же это тогда сюрприз? Какая-то жизнь по расписанию получается. Я должен захотеть, понять чего именно, спланировать,попросить. Да и как мне о таком просить? "Дорогая, не напишешь ли ты мне за день какой-нибудь пурги в смсках, чтобы я вечером умилялся и радовался?"
Она рассмеялась:
— С такими запросами тебе "Уральские пельмени" надо брать в подружки
— Я готов на Камеди вумен
Она пихнула его кулаком в бок и хотела было соскочить с его коленей, но он крепко держал её за талию и сам сдвинул спорную прядь на лоб. Капитуляция была благосклонно принята.
— Понимаешь, дело же не в самом сообщении, а во внимании.
— Понимаешь, дело же не в самом торте, а во внимании, — она неплохо повторила его назидательную интонацию, хотя голос, скорее, смеялся. Она таки встала с его колен и сделала пару шагов к столу с ящиком для столовых приборов. Достав нож и пару вилок, она обернулась к нему:
— А если просто не ждать? Не придумывать для себя какие-то ситуации, события, эмоции? А просто радоваться тому, что есть сейчас вокруг тебя? Тогда и мой сюрприз ты бы смог заметить и оценить. Я другая, но мне тоже хочется радовать тебя. И я делаю это так, как умею. И тогда, когда мне этого хочется.
Он покосился на нож в её руке:
— Да, с таким аргументом можно позволить и эгоистичные высказывания.
Она улыбнулась и села напротив него, разложив вилки и положив нож рукояткой в его сторону:
— Нет, это не эгоизм. Просто позволь мне быть самой собой. Я уже знаю, что тебе нравится, что нет, но я бы тоже хотела делать тебе приятные моменты не по расписанию, а по велению души и сердца. А если хочешь, чтобы исполнялись какие-то конкретные твои желания - просто намекни мне об этом. И я буду искать возможность их исполнить. Пока мне не надоест, — он недоуменно поднял на неё взгляд, пребывавший до этого где-то в себе. Но в её глазах плясали весёлые светлячки. — Ну, вот как тебе надоел уже морковный торт. Я, кстати, собираюсь его съесть сама, — она взяла вилку в руки, но он её опередил:
— Предлагаю наделить этот торт символом не просто примерения, а приятия друг друга, — торжественно проговорил он, снимая крышку с коробки. — Мы разделим его пополам в знак того, что будем искать радость в том, что есть у нас здесь и сейчас, а не выдумывать её себе. И не страдать, если она не сбывается! — закончив эту несколько пафосную для шестиметровой кухни речь, он уже занёс нож над куском торта.
—Интересно, - спросила она, задумчиво глядя на нож. - Если я съем целую половину, то тебе хватит сил донести меня, как тогда, на руках до кровати?
Нож дрогнул в его руке, а потом, отрезав треть куска, он пододвинул к ней оставшиеся две трети:
— Я сегодня супер сильный!
Она улыбнулась и отломила вилкой первый кусочек.